Памяти митрофорного протоиерея о. Владимира (Илларионова)

Батюшка… как мне не хватает Вас!..

Привыкла с радостным замиранием сердца подходить к воротам нашего храма, зная, что после всех трудностей, радостей и горестей меня ждет встреча. С Вами. С благодатью, впервые полученной на первую в жизни Пасху. С благодатью, которая осветила и освятила мой путь. С дорогими могилками.

Но сегодня – особый день. Сегодня меня никто не встретит на пороге храма, не благословит и не спросит, лучась взглядом: «Ну, как доехали? Как у вас там, в Ельце?»

Вижу Ваши глаза – с памятника… Ваши живые глаза – с памятника! Батюшка, батюшка… вот я… приехала!..

«Митрофорный протоиерей Владимир (Илларионов)»… Второй раз в жизни вижу Вас таким нарядным, в праздничном облачении. В первый – на престольный праздник, когда приезжал владыка. Вспомнила, как Вы волновались, все ли готово, как надо, для гостей и прихожан. И когда мы шли Крестным ходом, владыка и клирос запели, а пес у ограды тонко затянул свою «песню». Все, в недоумении, обернулись, а Вы нашлись: «Всякое дыхание хвалит Господа!» — и – лучистая улыбка – глазами – и все улыбнулись в ответ…

Мне было легко жить, зная, что где-то, в сельском храме во имя святого Сергия, Вы снова и снова служите литургию, независимо от количества прихожан. Я учусь жить заново, надеясь — нет, зная! – что теперь Вы причастны Небесной литургии.

Отец Владимир, — так называли Вас. Вижу Вас у иконы небесного покровителя – равноапостольного князя Владимира, крестившего Русь. И снова радостно, одними глазами радостно: «Приложитесь, у нас теперь новый ковчежец с мощами, слава Богу».

Но было и пренебрежительное «поп». Были осуждения и сплетни. Вам выпал жребий служить Господу в то время, когда в Страстную принято было рядом с храмом устраивать танцы, возбуждая противное природе пьяное веселие. И можно только представить, что было у Вас в душе и сколько боли и страданий причинили Вам.

Мне довелось видеть также Ваше счастье. Издалека празднично засияли купола. Видно, батюшке удалось собрать денег на их подновление. Радость глаз была в этот раз и в словах: «Поглядите, что! Поглядите, смотрите: и купола, и двери, и стены – все реставрировали! У нас теперь тут красота!». И снова: «Слава тебе, Господи!». Оказалось, к 700-летию преподобного Сергия наш старинный храм, который так заботливо содержал отец Владимир, полностью реставрировала епархия. Батюшка дождался того, о чем просил много лет в своих молитвах, с детской радостью приветствуя нас новостью.

Батюшка был настоящий. В нем не было притворного, скрытого, умалчиваемого. На долю его выпали страшные потери: он провожал в последний путь свою матушку и сыновей. Дьякон Павел, удивительный человек, старший сын отца Владимира, умер на его руках. Батюшкин светлый взгляд на жизнь и тут нашел не что-то страшное или горькое, что обычно рассказывают об уходе тяжелобольного, а самое лучшее, доброе: «Павлик в последний день встал, вышел на дворик, принес баян и играл нам до того хорошие мелодии, что всем было так весело, так хорошо…».

После всех потерь мы встретились в храме. Батюшка затеплил свечу у иконы Божией Матери и тихо произнес: «Мои (дочка и внуки) сейчас летят в самолете. Господи, это все, что у меня осталось…», губы его дрогнули и из глаз выкатились слезы уставшего от горя человека.

Словно боясь, чтобы мы не забыли, батюшка повторял свое благословение: «Приходите сюда обязательно. Приходите так часто, как сможете. Но не забывайте своего храма! Знайте, что здесь вас всегда очень ждут». Еще до реставрации мы взяли благословение на сбор денег для храма на нашем сайте, чтобы хоть какой-то копеечкой поддержать батюшкины усилия по благоустройству и скромному украшению. Тогда он снова сказал: «Деньги – это нужное, конечно. Но самое главное – не забывайте это место. Приезжайте сами, привозите своих детей и близких – это самая большая для меня радость».

Рассказывал отец Владимир и об особо уважаемом им Оптинском старце, похороненном у храма, как тот пророчествовал: «Настанут времена – все будет забыто, запущено, а вот этот Сергиевский храм, место святое, вечно стоять будет, и вечно будет спасать души людские». Эта мысль согревала батюшку, придавала ему уверенности и сил.

Вместе мы хоронили мою дорогую бабушку. К тому времени я уже смирилась с мыслью, что у нас не будет третьего ребенка – беременность не наступала. Перед Успенским постом приехали к батюшке. Несмотря на тяготы болезни, узнав о приезде «елецких» с детьми, он радостно встретил нас. «А где же ваша третья, младшенькая?» — «Батюшка, да у нас двое, — думая, что от болей отец Владимир запамятовал, сказала я, — но очень хотели бы сына» — «Нет, что ты, не двое. Обязательно будет и третья. Дочка, — он подумал, смотря куда-то вверх, и еще повторил: — Дочка! Как это хорошо – дочка!»

Так и случилось, батюшка! По приезду домой оказалось, что я уже носила дочь под сердцем во время нашей встречи. Анна, батюшкино благословение!..

Когда я сказала, что хочу написать о нем и о нашем храме, отец Владимир растерялся: «Да что же обо мне писать? Разве кому интересно про сельского иерея? Всего-то – родился в Смоленске, с детства полюбил Бога и церковь, все было решено, куда идти дальше – вот и вся биография. Учился. Женился…». Договорились встретиться в следующий приезд мой к родителям. Но вышло по-иному…

Было и последнее чудо. В последние дни жизни отца Владимира вышло так, что мои родители вместе с ним ездили в поликлинику, много общались. Наступило вдруг какое-то понимание, теплое отношение к батюшке у людей, проживших всю сознательную жизнь в атеизме. Это был прощальный и вместе с тем очень дорогой подарок мне, я знаю…

Батюшка, как мне не хватает Вас! И все же, я не одна — со мной Ваше присутствие: в прошлом, в настоящем. Оно, как оказалось теперь, было тем самым основанием, на котором выстроен дом моей души. Через осознание величины потери, щемящей тоски потери, в памяти навсегда останется то чистое ощущение Пасхи, когда-то вошедшее с воздухом детства и радости о Господе.

14.02.2019 · Администратор · Комментариев нет ·  Просмотрено 44 раз  ·  Добавить комментарий
Рубрики: Православие

Написать комментарий